XREFF.RU


Шерман Оукс — ябеда! Шерман — избалованный парень. Однажды он выкинул деньги, которые прислали ему родители, потому что некоторые...



Если Вам понравился сайт нажмите на кнопку выше
Шерман Оукс — ябеда! Шерман — избалованный парень. Однажды он выкинул деньги, которые прислали ему родители, потому что некоторые...

Шерман Оукс — ябеда! Шерман — избалованный парень. Однажды он выкинул деньги, которые прислали ему родители, потому что некоторые...


Роберт Лоуренс Стайн

Большая вонючка


Тухлая школа 2



«Большая
вонючка»:РОСМЭН-ПРЕСС;Москва;2008

Оригинал:R.L.StineTheGreatSmellingBee

Перевод: Н.Конча


Аннотация


Шерман Оукс — ябеда!

Шерман — избалованный парень. Однажды он выкинул деньги, которые прислали ему родители, потому что некоторые стодолларовые бумажки оказались мятыми.

Он живёт в общежитии с мерзким названием Милый дом. И постоянно делает гадости Берни Бриджесу и его парням из Тухлого общежития.

А тут ему даже делать ничего не пришлось. Потому что у Берни появилась собака. И Шерман об этом знает. А всем известно, что в Тухлой школе ЗАПРЕЩЕНО держать животных!


Роберт Лоуренс Стайн

Большая вонючка


Директор приветствует вас


— Всем-всем доброго утра! С вами говорит директор Гадюк. Учащиеся Тухлой школы, я прошу тишины! Иначе вы меня не услышите.

Как вы знаете, каждое утро я зачитываю важные сообщения в этот мегафон. Таким образом, я могу вас поприветствовать, не видя ваши скалящиеся рожи.

О-о! Я чуть не оглох!

Кто-нибудь знает, как убрать этот жуткий писк?

О-О-О!

Ладно, надеюсь, все меня слышат. Итак, важные сообщения на сегодня:


В мужской раздевалке на втором этаже проходит набор в группу игры на подмышке. Если вы умеете издавать звуки одной или двумя подмышками, не стесняйтесь — обязательно приходите. Игра на подмышке — серьёзное искусство, достойное уважение.

Все, кто ел голубиный бульон, приготовленный ученицами четвёртого класса под руководством мисс Салли Монеллы, должны немедленно пройти в медкабинет для промывания желудка.

Внимание любителей изящных искусств! Сегодня после занятий третьеклассник Билли Боб Хеффернен показывает в спортзале свои татуировки.

В плакатах, развешанных по территории школы, допущена ошибка. Мы приглашаем учеников состязаться в ПРАВОПИСАНИИ, а не в ПРАВОПОССАНИИ. Конкурс будет проводиться в следующую пятницу. Внимание: участникам предстоит писать слова из трёх букв, так что это будет непросто! Но мы надеемся, что все, кто умеет грамотно поссать… тьфу… писать, примут участие в конкурсе.

И наконец: четвёртый класс до конца месяца лишён права на льготный поход в туалет во время уроков.

Глава 1

У МЕНЯ МРАЧНЫЙ ВИД?


Я — Берни Бриджес, и обычно на моём лице сияет ослепительная улыбка. Спроси кого угодно. Когда я улыбаюсь, кажется, что светит яркое солнце. Солнце! И кстати, у меня замечательные ямочки на щеках.

Но сегодня я не улыбаюсь. Сегодня мой великолепный лоб избороздили морщины. Мои чудесные карие глаза за стёклами очков бегают из стороны в сторону.

У меня мрачный вид?

Думаешь, люди так легко меняются?

Да, парень, бывает. Просто у меня возникла серьёзная проблема.

И эта проблема может привести к ещё большим проблемам: меня могут вышибить из школы.

У тебя бы такая проблема и не возникла, потому что ты, наверное, учишься в обычной школе.

Но я учусь в школе-интернате, которая называется Тухлая школа. А это значит, что после уроков мне не надо идти домой. Я живу со своими друзьями в общежитии.

Общежитие тоже называется нехитро — Тухлое общежитие. Это старое здание, где живу я и мои друзья из четвёртого и пятого классов. И нам здесь нравится.

Мы с друзьями заняли третий этаж, потому что отсюда здорово сбрасывать разные штуки на головы прохожих.

Миссис Гнус говорит, что школьные правила запрещают пуляться в людей всякой ерундой. А эти правила она знает назубок и постоянно следит, чтобы мы вели себя как положено.

Вынюхивать и высматривать — это её работа. Что поделаешь, ведь миссис Гнус наша комендантша. Она отвечает за всех, кто живёт в Тухлом общежитии. А ещё она наша классная.

Миссис Гнус живёт с нами в Тухлом общежитии — у неё комнатка под самой крышей. Нам кажется, у неё там стоят мониторы, на которых видно всё, что происходит в общежитии. Потому что она всегда знает, когда и чем мы швыряли в прохожих.

Миссис Гнус страшно близорукая и носит очки с толстенными стёклами — ничуть не тоньше кубиков льда.

И всё равно она всегда в курсе всего!

Вот почему я так боюсь, что она узнает о моей тайне. Ведь тогда мне КОНЕЦ!

Как же я попал в такой переплёт?

Ну… это отдельная глава.

Глава 2

ОТДЕЛЬНАЯ ГЛАВА


Собственно, отдельная глава началась тем же утром.

Я улыбался. Невинно. Счастливо. Меня что-нибудь заботило?

Вряд ли.

Верный друг Бельцер принёс мне завтрак на подносе. Он приносит мне завтрак в постель каждое утро.

Бельцер у меня молодчина.

Я долго тренировал его, но дело того стоило.

Бельцер — круглолицый парень с рыжими волосами и веснушками. В то утро на нём был школьный пиджак. Мы все обязаны носить школьную форму.

Но под пиджак Бельцер надевал белую футболку с ярко-синими буквами на груди. На футболке написано: НУЖЕН НАСТАВНИК.

Грустно, да?

Он вечно носит эти дурацкие футболки. Но я всегда говорю ему, что он выглядит потрясно. Просто я хочу, чтобы мои ребята были счастливы.

Бельцер налил мне апельсиновый сок и пошёл в свою комнату, которая находится напротив моей.

Я немного поел: яичницу, бекон, кексы с черникой, картошку фри, оладьи, кукурузные хлопья с бананом и яблочный пирог.

Вкусный и здоровый завтрак, верно?

Прикончив яблочный пирог, я несколько минут звучно рыгал — так принято рыгать в Тухлой школе.

Беэээ!

Потом я вылез из постели и натянул на себя школьную форму.

Я поулыбался самому себе в зеркало, чтобы попрактиковать свою ослепительную улыбку.

— Берни, эти ямочки на щеках сводят всех с ума!

Счастливо. Невинно. Беззаботно.

И тут появился ящик.

Бельцер вошёл в мою комнату с ОГРОМНЫМ деревянным ящиком в руках.

— ББ, это только что доставили для тебя, — объяснил он. — Я… я принёс его с первого этажа. — Он застонал и пробормотал: — Какой тяжеленный! Ужас!

Колени у него подкосились, и он упал.

— Может, поставишь ящик? — предложил я.

— Ой, точно. Спасибо.

Бельцер с громким стуком опустил ящик на пол. А потом, задыхаясь, распластался рядом с ним вниз лицом.

Тут в комнату ввалились два моих лучших друга, Финмен и Кренч.

Финмен и Кренч высокие и худые, с придурковатыми лицами. Но они суперские ребята. Потому что умеют суперски развлекаться двадцать четыре часа в сутки.

У Финмена есть одно странное хобби. Он любит красить разные предметы в красный цвет, когда этого никто не видит. А у Кренча есть хобби, спросишь ты? Конечно! Он любит издавать неприличные звуки при помощи воздушных шариков.

Славные ребята.

Бельцер, Финмен и Кренч ютятся втроём в крохотной комнатке напротив моей. Они сами решили отдать мне большую комнату. Потому что знают, что мне нужно личное пространство. И тишина, когда я разрабатываю очередной план и придумываю, как нам лучше поступить.

— Что в этом ящике? — спросил Финмен.

Я помог Бельцеру подняться с пола.

— Может, подарок от одного из моих поклонников, — ответил я. — А может, учителя скинулись, чтобы купить мне что-нибудь особенное. Ну, сами понимаете. Хотят отблагодарить за то, что им выпало счастье меня учить.

Кренч обошёл ящик.

— Он размером с нашу комнату, — заметил он. — Слушай, Берни, а можно я поселюсь в этом ящике, когда ты достанешь из него свой подарок? Можно?

— Что ты несёшь! — фыркнул я и внимательно оглядел ящик. — Может, Юлия-Августа прислала мне большущую коробку конфет?

Юлия-Августа — самая клеевая, самая здоровская и самая высокомерная девчонка из четвёртого класса. А ещё у неё самые светлые волосы.

— Пора бы ей уже начать меня замечать, — сказал я, похлопывая по деревянному боку ящика. — А вдруг она решила прислать мне цветы?

— Берни, этот ящик прислали твои родители, — прервал меня Финмен. — Смотри сюда. Здесь написано: «Мистер и миссис Бенни Бриджес».

— Это от моих родителей?

Моё сердце вдруг бешено забилось, и мне стало грустно. Мне нравится жить в Тухлой школе, но иногда я очень скучаю по маме и папе.

Они писатели, путешествуют по всему миру и домой возвращаются очень редко. Вот почему они отправили меня учиться в школу-интернат. Мы общаемся по электронной почте и сотовому. Я говорю им, что замечательно учусь и что все в восторге от меня.

Но всё-таки интереснее было бы поболтать с ними вживую.

Я изучил ящик.

— Подарок от родителей… хммм…

Что бы это могло быть?

«Может, машина? — подумал я. — Родители знают, что я просто ненавижу ходить на уроки пешком. Нет, наверное, это игровая приставка с сотней-другой игр к ней. Они знают, что мне нужно как-то развлекаться. Я ведь слишком много занимаюсь».

Нет. Внезапно я догадался, что в ящике.

— Эй, парни, а что это вы такие кислые? — закричал я. — Вам бы радоваться надо! Давайте, давайте! Прыгайте от радости! Скачите как сумасшедшие!

Они удивлённо уставились на меня.

— Вы что, не поняли, что нам сегодня крупно повезло? — продолжал я. — Вы ещё не поняли, что в этом ящике? Это же домашний кинотеатр, который я так долго выпрашивал!

— Ура! — завопил Бельцер и выбросил руку в воздух. — Здорово!

— Мне всё-таки удалось уговорить своих родителей, что телевизор очень помогает в учёбе, — пояснил я. — Я сказал, что мне просто необходимо каждую неделю смотреть «Фактор страха», чтобы знать, чего делать не следует!

— Здорово! — снова закричал Бельцер и дал мне «пять». — Наш домашний кинотеатр!

Мы стукнулись кулаками, а потом обменялись тайным рукопожатием, о котором знают только те, кто живёт в Тухлом общежитии.

— Но, Берни, — сказал Финмен и подтащил меня к ящику с другой стороны, — если это телевизор, зачем тогда здесь дырки для воздуха?

— Чего? Дырки для воздуха?

Я разглядел круглые отверстия, просверленные в досках. И тут из ящика донёсся какой-то странный звук. Внутри кто-то скрёбся.

— Он ЖИВОЙ! — заверещал Кренч. — Телевизор ЖИВОЙ!


Глава 3

ЧЕМ ВОНЯЕТ?


Послышалось царапанье, потом пронзительный крик. Внутри точно кто-то живой. Надо скорее раскрыть ящик.

Бельцер сбегал в подвал за инструментами, и мы принялись за работу. Финмен и Кренч орудовали ломиками, а Бельцер — молотком. Я же делал самое трудное — я их подбадривал:

— Живее, братаны! Молодцы! Так, ещё чуть-чуть!

Им это было просто необходимо.

Через несколько минут крышка отлетела в сторону, и тут же с грохотом рухнула передняя стенка. У меня просто челюсть отвисла, когда я увидел, что передо мной целых два живых существа.

Собака и попугай.

МОЯ собака и МОЙ попугай.

— Мои зверушки! — завопил я и бросился к ящику, чтобы поскорее обнять своего толстого слюнявого бульдога.

Нахал — мой чудесный зелёный попугай — проорал:

— Жрать орехи! Урра!

Ну разве не прелесть? И кто его научил? Может быть, я?

— Жрать орехи! Урра!

Ха-ха! Вот умора!

— Рад тебя видеть, дружище! — Я обнял своего пса.

Он поприветствовал меня бодрым «Гав!» и обмусолил слюнями весь мой форменный пиджак.

Бельцер заглянул в ящик:

— Эй, Берни! А где же телевизор?

— Нет тут никакого телевизора. Зато есть мои зверушки! — воскликнул я. — Видно, они так по мне тосковали, что мама с папой решили прислать их мне в школу.

Я был счастлив, ведь я ужасно соскучился по своим питомцам. А теперь они снова со мной. Круто!

Я вскочил на ноги и пригладил пёрышки Нахала.

— Ты мой хороший альчик, — зашептал я попугаю. — Славный попугайчик.

— Сожрёшь зерно — помрёшь! — ответил Нахал.

Нет, ну разве не чудо?

Финмен и Кренч плюхнулись на пол и принялись возиться с огромным бульдогом. Вдруг послышалось:

ПУУУУУК!

Мой пёс заскулил, а ребята тут же перестали его гладить.

— Чем это так воняет? — с ужасом спросил Финмен.

— Это собака! — закричал Кренч. — Берни, твой пёс ВОНЯЕТ! Вот блин. КОШМАР!

— Задержи дыхание, — посоветовал я. — Через пару минут развеется.

— Я и так не дышу! — утробным голосом пробубнил Бельцер. — Но это не помогает!

У бедняги слезились глаза. Зажав нос, он метался по комнате, пытался откашляться.

— Нет, ну это вообще отстой! — взвыл Финмен.

А Кренч бросился к окну, распахнул его и высунул голову наружу.

— Берни, а как зовут твоего пса? — полюбопытствовал Финмен.

— Газик, — ответил я.

— Подходящее имя, — фыркнул он.


Глава 4

ПТИЧЬИ КАКАШКИ


Финмен и Кренч высунулись по пояс из окна и часто дышали. Через несколько минут в комнате перестало вонять. Как я и говорил.

Я поднял Газика на руки и отнёс моё золото на кровать. Она сунул морду мне под подушку, вздохнул и заснул.

Нахал сидел на металлической жёрдочке и тихо болтал сам с собой. Я вытащил жёрдочку на подставке из ящика и пристроил в углу возле своей кровати.

Я был так рад, что мои любимцы снова со мной. Так рад, что даже не подумал об опасности, которая теперь мне угрожает.

— Эй, гляди-ка! — вдруг воскликнул Кренч и указал на дно ящика. — ББ, в ящике письмо от твоих родителей.

Нагнувшись, он достал листок бумаги.

— Ой! А что это такое зелёное и жидкое?

Кренч переложил письмо в левую руку. Правая была вся измазана какой-то жёлто-зелёной жижей.

— Это птичьи какашки! — засмеялся Финмен.

— Чего? — Кренч понюхал руку. — Фуууу!

Он перевёл взгляд с одной руки на другую. Обе были в густом липком дерьме.

Финмен закинул голову и издал боевой клич.

— Внимание! Птичьи какашки! — завопил он.

— Давай пожмём друг другу руку, — быстро сказал Кренч.

Не теряя ни секунду, он схватил руку Финмена и затряс её.

— Бееее! — Финмена прямо передёрнуло от отвращения. По его ладони стекала противная липкая жижа.

Кренч вытер обе руки о рукав пиджака Финмена.

— Чистые, — весело сказал он, показывая нам свои руки.

— Эй, ты, придурок! — закричал Финмен.

Он мазнул ладонью Кренчу по щеке. Теперь у Кренча всё лицо оказалось в птичьем помёте. Чтобы не оставаться в долгу, он схватил письмо и вытер им лицо Финмену. Разозлившись, Финмен выхватил у приятеля письмо и разорвал пополам. А измазанные дерьмом половинки запихнул Кренчу в рот.

Ну, что я тебе говорил? Эти парни просто обожают развлекаться!

— Э-э-э… ребята, — вмешался я. — Ребята, а что было в письме?

Финмен и Кренч разом повернулись ко мне. Оба они были перепачканы птичьим дерьмом: жёлто-зелёная жижа на лице, руках и школьной форме. Кренч вытирал её с губ.

— Сейчас попробую прочитать, — сказал Финмен и, вытащив изо рта у Кренча измазанное дерьмом письмо, сложил две половинки. — Гммм… В нём говорится, что твоим родителям придётся надолго уехать, и они никого не могут найти, кто согласился бы ухаживать за твоими любимцами. Если ты не возьмёшь себе Газика, он отправится в приют для собак. А попугай — в зоопарк.

— Ни за что! — закричал я. — Я сам буду о них заботиться. Они мои друзья!

— Но, Берни, ты не можешь оставить их у себя, — прогундосил Кренч, сплёвывая птичий помёт. — У тебя будут реальные проблемы.

Я вытаращился на него:

— Чего? У меня?

— Ну да. — Кренч смахнул зелёную жижу с волос. — Ты же знаешь, в этой школе есть правило: «Животных держать запрещено».

Ой, верно! Животных держать запрещено.

По спине у меня пробежал холодок. Кренч прав. Животных держать запрещено.

— Если миссис Гнус узнает… — сказал Кренч и полоснул ребром ладони по горлу, — ты покойник.

И тут Кренч прав. Если миссис Гнус пронюхает о том, что я прячу у себя в комнате животных, и расскажет об этом директору Гадюку, меня вышвырнут из школы.

«Похоже, мне кранты, — подумал я. — Если я не придумаю, как спрятать Газика и Нахала, мне очень скоро отправят домой».

Я присел на кровать, на которой храпел мой бульдог, и начал думать. Надо как-то защитить моих питомцев. Но куда их спрятать? Куда?

Финмен с Кренчем выволокли ящик из моей комнаты, а потом отправились в душ.

Не прошло и минуты, как я услышал в коридоре стук каблуков миссис Гнус. Она шла прямиком ко мне!

— Тихо, Нахал! — прошептал я. — Ни звука!

— Жрать ОРЕХИ! Уррра! — тут же завопил Нахал.

Миссис Гнус вошла в комнату и, прищурившись, посмотрела на меня сквозь толстенные стёкла очков.

— Берни, с кем это ты тут разговариваешь? — спросила она.


Глава 5

ПОПАЛСЯ!


— Э-э-э… с кем я разговариваю? С самим собой, — пробормотал я. — Это я стараюсь себя подбодрить. Ну, уговариваю себя лучше учиться. — Я встал и пожал ей руку. — Вы вдохновляете меня быть прилежным, миссис Гнус. Я теперь буду стараться. Чтобы стать ещё лучше.

— Это очень мило, Берни. — Она кисло мне улыбнулась.

— Чёрт побери! — проорал Нахал. — Чёрт побери!

— Что ты сказал? — Миссис Гнус недовольно прищурилась.

— Ничего, просто откашливался.

И тут она заметила у меня за спиной попугая на жёрдочке.

— Боже мой! Это что, попугай? Попугай в общежитии?

Я обернулся:

— Вы про мою новую подушку? Милая, правда? Мама прислала мне её из дома. Да, немного похожа на птичку…

— Чёрт побери! Чёрт побери! — проорал Нахал.

ЧЁРТ ПОБЕРИ!

Улыбка сползла с лица миссис Гнус. Комендантша смерила меня сердитым взглядом:

— Берни, тебе известно, что школьные правила запрещают держать животных! У тебя в кровати собака? Господи боже мой!

— Собака? Где? Это же куча грязного белья.

— Дай-ка я погляжу поближе, — настаивала миссис Гнус. — Ты же знаешь правила, Берни. Если ты держишь животных в общежитии, мне придётся рассказать об этом директору Гадюку. Он будет прыгать от радости. Он будет в восторге! У него наконец-то появится повод отправить тебя домой.

— Вы хотите сказать, что директор Гадюк меня не любит? — невинно удивился я.

— Да он тебя на дух не выносит. Та-ак, давай посмотрим, кто тут у тебя…

О нет! Надо не дать ей разглядеть собаку.

— Миссис Гнус, у вас пятнышко на очках. Дайте почищу. — Я снял с неё очки, старательно потёр пальцами стёкла и вернул комендантше её собственность. — Вот, возьмите. Так будет лучше.

Миссис Гнус несколько раз моргнула.

— Корм для кретинов! — проскрежетал Нахал.

— Но я ничего не вижу, — пожаловалась миссис Гнус, отчаянно пытаясь что-нибудь рассмотреть через заляпанные стёкла.

— Вы сегодня прекрасно выглядите, миссис Гнус, — перебил я. — Сделали новую причёску?

— Нет.

— Чёрт побери! Чёрт побери!

Миссис Гнус беспомощно огляделась:

— Берни, где птица?

— Какая птица? Я не вижу никакой птицы, — сказал я. — Нет, у вас точно новая причёска. Вы выглядите на десять лет моложе. Честное слово!

— Жри перья, прохвост!

Миссис Гнус сняла очки, потом снова их надела. Уставилась прямо на Газика… Но стёкла-то я ей перемазал капитально.

И тут послышалось громкое:

ПУУУУУК!

Миссис Гнус хотела что-то сказать, но застыла с открытым ртом. Потом ахнула.

— Что это за запах? Меня сейчас стошнит! — закричала она. — Чем так воняет, Берни?

Газик снова проделал свой фокус.

Думай, Берни. Думай, дружище!

— Э-э… видимо, черника в блинах, — я указал на поднос с завтраком, — была немного… переспелая.

— По-моему, пахнет не черникой, — заметила миссис Гнус, зажав нос. — У тебя проблемы с кишечником, Берни? — Тут она увидела наконец поднос. — Ты завтракал в комнате? Почему ты не пошёл в столовую?

Я вытащил бумажную салфетку.

— У меня с утра был насморк. Я подумал, что нехорошо заражать остальных.

— Вот тут ты молодец! — Миссис Гнус тепло мне улыбнулась.

Я скромно потупился:

— Стараюсь подавать хороший пример другим.

— Чёрт побери! — гаркнул Нахал. — Жри перья, прохвост!


Глава 6

МОЯ ЛОТЕРЕЯ

Дааааа… Чуть не попался.

Любой другой на моём месте уже начал бы паковать вещи. Но не Берни Б.

Ты когда-нибудь видел настоящего профессионала за работой? Когда дело касается миссис Гнус, я становлюсь хитрым как лис.

Однако не думаю, что на этот раз мне удалось перехитрить миссис Гнус. Её на мякине не проведёшь. Комендантша пригрозила, что не будет спускать глаз с моей комнаты. Мне это не очень-то понравилось.

Но что оставалось делать? Надо ведь как-то спасать любимцев. Они не просто мои любимцы. Они мне как братья. Только один в перьях, а от другого воняет.

Нужно было придумать какой-нибудь план. Конечно, я мог набросить одеяло на жёрдочку с Нахалом — он тут же заткнётся. Но где мне спрятать Газика?

Уроки уже начались. Я отнёс попугая и пса в комнату для самостоятельных занятий. Там их точно никто не найдёт. Ведь туда никто никогда не заходит.

Через пару минут я уже мчался по лестнице к выходу. Мой мозг работал на полных оборотах.

Я пробежал мимо комнаты отдыха. Так называется наша общая гостиная.

— Привет, Билли! — на бегу крикнул я и помахал ему рукой.

Мой друг Билли-Умник сидел за столом и разглядывал японские комиксы «манга».

Почему мы прозвали его Умником? Потому что… ну… просто-напросто потому, что он самый умный в нашем четвёртом классе. Ты только представь: этот парень учится на твёрдую тройку с минусом! Он лучший ученик во всей школе!

Как это ему удаётся? Он много занимается. Да-да, этот маньяк каждый вечер проводит целых полчаса за учебниками!

Выскочив из общежития и в два прыжка преодолев крыльцо, я помчался по Чудесному газону к Главному зданию.

День был ясный. Трава блестела на солнышке. На голубом небе ни облачка. За спиной у меня подпрыгивал пустой рюкзак. Бельцер носит за меня все учебники и тетради.

Впереди я увидел Финмена и Кренча. Они тоже направлялись к Главному зданию. Да, так мы называем здание, где проходят уроки. Я припустил ещё быстрее, чтобы догнать друзей.

— У тебя на носу осталось маленькое зелёное пятнышко, — сообщил я Кренчу.

Он стёр его пальцем и спросил:

— Берни, куда ты дел своих питомцев?

— С ними всё в порядке, — ответил я. — Я спрятал их там, где никто никогда не бывает.

— В комнате для самостоятельных занятий?

— Ага. А теперь поговорим о делах, парни. Я жду ответа. Как продвигаются лотерейные билеты?

— Не очень. — Кренч развёл руками.

— Они вообще не продаются, — вступил Финмен.

У меня ёкнуло сердце.

— Хотите сказать, что вы продали не больше сотни? Или двух сотен? — спросил я.

— Мы не продали ни одного, — уточнил Финмен. — Ребята не хотят покупать у тебя лотерейные билеты по два бакса каждый.

— Чего? — У меня отвисла челюсть. — Но это же для общего блага! — воскликнул я. — Разве не всем ещё надоела полусырая пицца? Каждый доллар, полученный от лотереи, пойдёт на то, чтобы купить новую духовку для столовой. Вы только представьте себе, парни. Через пару недель мы сможем насладиться хрустящей пиццей! Хрустящей и поджаристой! Глядите — у меня уже текут слюни. У меня уже текут слюни!

Финмен покачал головой:

— Все думают, что ты присвоишь себе деньги, Берни. Как это было в прошлые разы, когда ты устраивал лотерею.

— Но это же глупо! — отрезал я. — Эту лотерею меня попросила устроить миссис Гнус. Она назначила меня ответственным за её проведение. Не могу же я её подвести, парни. Так что надо всё-таки продать билеты.

— Так это миссис Гнус попросила тебя устроить лотерею? — ошарашено спросил Кренч.

— Ну да, — подтвердил я. — Конечно, она говорила это во сне. Но какая разница? Какая разница?!

— Но, Берни, — не унимался Кренч, — ребята хотят знать, что получит тот, кто выиграет в лотерею. Где ты видел лотерею без выигрыша?

— О, выигрыш будет что надо, не переживай, — заверил я. — Просто я ещё о нём не думал. Скажите всем, что это тайна! Выигрыш будет крупным и потрясающим, что я не хочу заранее его объявлять.

Мои дружки пожали плечами.

— Тогда твои билеты никто не купит, — сказал Кренч. — Даже второклашки. Мы с Финменом считаем, что тебе надо забыть об этом.

— Забыть? — воскликнул я и подскочил к ним вплотную. — Забыть и весь год давиться полусырой пиццей? Да я лучше уморю себя голодом!

— Но, Берни… — начал было Финмен.

— Погодите, парни, — прервал я его. — А вы продали хоть один билет Шерману?

Шерман Оукс — это богатый, избалованный пацан. Он живёт в другом общежитии, которое мы все дружно ненавидим. Оно называется Милый дом.

— Не-а. Шерман Оукс наотрез отказался покупать твои билеты, — ответил Финмен. — Он сказал, что обожает полусырую пиццу. А ещё — что он специально приплачивает поварихе, чтобы у пиццы не было хрустящей корочки.

— Ничего, купит как миленький, — пробормотал я. — Глядите, лёгок на помине. Я указал пальцем на приближающегося к нам Шермана. — А теперь, ребята, я покажу вам, как надо продавать билеты. Сейчас вы увидите Берни в деле. Спрячьтесь вон за то дерево и смотрите во все глаза.

Финмен схватил меня за руку:

— Он не купит, Берни. Шерман не станет покупать лотерейные билеты, если не будет знать, что получит победитель.

— Вы сами сейчас всё увидите, — сказал я. — Я сделаю так, что Шерман будет умолять меня продать ему хотя бы пару билетиков! Умолять!

Я потёр руки, размышляя о том, как уломать Шермана Оукса.

— Привет, Шерман! — крикнул я. — Эй, Шерман! Постой!


Глава 7

КОШЕЧКА ШЕРМАНА ОУКСА


Шерман обернулся и одарил меня ослепительной улыбкой. Я разглядел его гладкие белобрысые волосы, наглаженную форму, загорелую кожу, сверкающие голубые глаза и ядовитую усмешку на губах.

На плече у него висел рюкзак из страусовой кожи, на котором всё ещё красовался ценник: 300$. Из кармана пиджака у Шермана выглядывал платиновый iPod.

Шерман с ухмылкой вытащил из ушей наушники.

— Привет, Берни, — бросил он. — Я слышал, ты прячешь у себя в комнате двух зверушек.

ААААААА?!

Мои любимцы прибыли ко мне полчаса назад! Как он узнал? Как вышло, что мой лютый враг узнал мою страшную тайну?

Я схватился за голову. Мне стало нехорошо. В животе забурлило. Подступила тошнота. Меня сейчас вырвет!

— Каких таких зверушек? Не понимаю, о чём ты, — ответил я. — Кто это тебе наплёл такую чушь?

Противная ухмылка Шермана стала ещё противнее.

— Мы, ребята из Милого дома, всегда соблюдаем правила, — заявил он. — Потому что иначе могут быть большие неприятности. Усёк?

Он что, мне угрожает? Угрожает рассказать директору Гадюку о моих питомцах?

Шерман протянул мне руку.

— Хочу попрощаться с тобой, Берни. Может быть, я вижу тебя в последний раз. Что, если я случайно расскажу директору Гадюку о твоём зверье…

Ага! Он и правда мне угрожает!

— Зачем бы мне заводить животных, Шерман? У меня на них аллергия. Я чешусь при одном упоминании о них. Сам посмотри. Не произноси при мне этого страшного слова! Я весь чешусь! — Я изобразил острый приступ чесотки.

— Тебе бы такого зверя, как у меня, — похвастался Шерман и указал на какую-то железяку у своих ног.

— Не верю своим глазам! — ахнул я. — У тебя теперь персональная мусорка?

— Это электронная кошка-робот, — объяснил он. — Она стоит больше тысячи долларов. Мне её прислали родители. Думают, можно купить мою любовь такими дорогими блестящими игрушками.

Я уставился на это чудо. По виду действительно немного напоминало кошку.

— Гляди, — велел Шерман, достал крошечный пульт управления и направил его на железного зверя. — Поздоровайся с Берни, Бакси.

— Бакси? — удивился я. — Ты назвал кошку Бакси?

— Ну да. По-моему, классное имя. — Шерман понажимал какие-то кнопки. — Поздоровайся, Бакси.

Робот пропищал:

— Мяу. Мяу.

— Супер, правда? — рассмеялся Шерман. — А теперь гляди. — Он снова куда-то понажимал.

Кошка-робот описала большой круг по траве, потом упала на спину, перевернулась. Подпрынула несколько раз в воздух и помахала железным хвостом.

Захохотав, Шерман опустился на колени и погладил робота.

— Хорошая моя Бакси. Вот умница! — Он поднял голову и посмотрел на меня. — Видишь, с такой зверушкой у меня не будет неприятностей.

— Можно, я попробую.

Я взял у него пульт и нажал какие-то кнопки.

Железная кошка прыгнула Шерману в лицо, вцепилась в него когтями и стала сжимать всё сильнее и сильнее.

— Ой-ой-ой! Берни! Останови её! — заверещал он. — Останови её! А-а! Больно!

Я повертел пульт в руках.

— Не очень-то я разбираюсь в технике, — посетовал я. — Как с этой штукой вообще управляются? Ничего не понимаю.

— Хватит! Сними её с меня! — выл Шерман.

— Да тут всё так сложно, — заявил я, качая головой. — Столько разных кнопочек. Красные хоть нажимать или синие?

— О-о-о! Она вырвет мне нос! Сними её!

Я нажал на жёлтую кнопку. Кошка-робот отрыгнула Шерману в лицо металлический комок шерсти.

— О-о! О-о-о-о-о-о-о! Она меня изуродует! — Надрывался Шерман.

Ну что, пожалеть парня?

Глава 8

МНЕ ВЕЗЁТ


Да, ребята, Берни Б. — классный пацан. Ну конечно же я пожалел парня.

Через пару минут я заставил железную кошку разжать когти.

— Прости, дружище, — сказал я. — Не разбираюсь я во всякой электронике.

Шерман с трудом поднялся на ноги. Щёки у него были красные, как свёкла.

— Спасибо, Берни. Она меня чуть не прикончила, — промямлил он. Потом схватил свою кошку и потряс её. — Мерзкая животина! Не дам тебе сегодня новых батареек! — Тут Шерман повернулся ко мне: — Она обожает, когда я меняю ей батарейки.

— Рад, что смог тебя спасти, — сказал я. — Сегодня мне вообще везёт.

— Чего? Тебе везёт? — Шерман прищурил свои небесно-голубые глаза.

Я кивнул:

— Ага. У меня счастливый день. — Я вытащил из кармана пачку лотерейных билетов. — Вот, гляди. У нас в школе проводится лотерея. Деньги пойдут на покупку духовки для пиццы. Мне удалось купить последние десять билетов.

Шерман уставился на билеты у меня в руке:

— Ты купил последние десять билетов?

— Ну да. Теперь последние десять билетов мои. И я их никому не продам ни за какие деньги.

Я медленно помахал ими у него под носом.

Шерман раскрыл рот от зависти. С его губ закапала слюна.

— Последние билеты? Правда? Но ведь это ты устраиваешь лотерею, Берни. Ты всё продумал, да? Ты позаботился о том, чтобы счастливый билет достался тебе.

Я широко улыбнулся:

— Зачем это мне? Я не привык обманывать. Ты ведь не думаешь, что я обманщик, правда, Шерман? — Я снова помахал билетами у него под носом.

— Я выкуплю их у тебя, Берни. Сколько ты за них хочешь? Сколько?

— Не, они не продаются. — Я замотал головой. — Чего это я буду продавать последние десять билетов?

Слюни потекли по его подбородку. Глаза вылезли из орбит. Он тяжело задышал.

— Сколько ты хочешь, Берни? Ну же. Даю два бакса. Два бакса за каждый.

Шерман потянулся за билетами, но я отдёрнул руку.

— Ну нет, — сказал я. — Так дело не пойдёт, Шерман. Ты уверен, что один из этих билетов — выигрышный! Что, не так? И пытаешься меня обставить. Давай по-честному, Шерман. По-честному!

— Ладно, — согласился он. — Четыре доллара. За каждый. Как тебе, Берни? Четыре доллара.

Я сделал вид, будто обдумываю его предложение. Закрыл глаза и стал тереть подбородок.

— Хорошо, — наконец сказал я. — Маловато, конечно, но… так и быть. Договорились. Четыре доллара за каждый билет.

— Спасибо! Спасибо! — завопил Шерман.

Он дал мне пачку долларов, а я вручил ему билеты.

— Ух ты! Последние десять билетов! — радостно воскликнул он. — Спасибо!

Подняв с травы свою железную кошку, Шерман отправился на занятия.

Я проводил его взглядом, а потом пересчитал деньги. Сорок долларов. Супер!

Мне бы радоваться. Профессионал вновь показал, на что он способен!

Но я так волновался, что деньги меня совсем не радовали. Шерман как-то пронюхал о моих зверушках. А вдруг он наябедничает на меня директору Гадюку?

Надо что-то предпринять. И чем скорее, тем лучше!


Глава 9

ШЕРМАН МЕНЯ УБИЛ


Я догнал Финмена с Кренчем.

— Плёвое было дело, — похвастался я, продать Шерману эти билеты.

Я помахал перед ними толстой пачкой долларов.

У приятелей языки вывалились наружу, а глаза полезли на лоб.

— Но вообще-то, парни, у меня крупные неприятности, — продолжал я. — Миссис Гнус четь меня не расколола. Ещё немного, и она бы увидела Нахала и Газика. И Шерман про них знает. Боюсь, он может настучать директору Гадюку.

Я вытер пот со лба долларовой бумажкой.

— Если мы не придумаем, как спрятать Газика, придётся мне ехать домой на ближайшем автобусе.

— Но, Берни, твоё пёс воняет! — сказал Финмен.

— Знаешь, Финмен, ты и сам не очень приятно пахнешь, — заметил я.

— Придумал! — вмешался Кренч. — Можно нарядить собаку. Чтоб никто не догадался. Можно замаскировать его под кошку!

— Под кошку? — вскричал я. — И в чём соль? Думаешь, миссис Гнус разрешил держать кошку?

Кренч почесал подбородок.

— Ну… может, если она подумает, что собака — на самом деле кошка, это собьёт её с толку.

Я погладил Кренча по голове:

— Сколько раз я тебе говорил: не думать до обеда? У тебя от напряжения мозги плавятся.

— Извини, Берни.

Мы прошли под яблонями. Впереди высился старый кирпичный дом, оплетённый ядовитым плющом. Это было Главное здание, где у нас проходили занятия.

Я вбежал в класс со звонком. Миссис Гнус уже сидела за своим столом и протирала очки.

Я пробрался на своё место между Финменом и Кренчем. И тут сквозь жуткий писк и треск из динамика раздался голос директора Гадюка.

— Внимание: два специальных сообщения! — объявил директор. — Во-первых, у помощницы повара пропала деревянная нога. Просим того, кто её взял, вернуть её поскорее на кухню. Обещаем: никто не спросит, зачем она вам понадобилась.

По классу пробежал смешок.

— Во-вторых, — продолжал директор, — двенадцать человек изъявили желание состязаться во вправопоссании. Повторяю для непонятливых: мы проводим конкурс по ПРАВОПИСАНИЮ! Ну почему вы вечно всё путаете? На настоящий момент ещё никто не записался на конкурс по правописанию. Поэтому мы решили упростить задачу: вам придётся писать слова только из двух букв. Надеюсь, теперь многие захотят участвовать в конкурсе. Спасибо за внимание.

Миссис Гнус встала перед классом. Солнце отражалось в её очках.

— Сегодня, дети, мы немного отдохнём и повторим столицы штатов.

Все застонали.

Финмен уронил голову на парту. Он уже крепко спал.

— Кто-нибудь знает столицу Южной Дакоты? — спросила миссис Гнус.

Тишина.

— Южная Дакота очень важный штат, — сообщила учительница. — Я хочу, чтобы вы назвали его столицу. Есть хотя бы предположения?

Бельцер поднял руку:

— Франция?

Миссис Гнус покачала головой:

— Ну давайте же. Мы ведь это проходили. Какой город является столицей Южной Дакоты?

Бельцер снова поднял руку:

— Северная Дакота?

— Хватит придуриваться! — оборвала его миссис Гнус.

Бельцер искренне удивился:

— Придуриваться?

— Нет, вы меня поражаете! — возмутилась миссис Гнус. — Я вам задала выучить столицы штатов. Я…

Она не договорила, потому что заметила, что её никто не слушает.

Весь класс уставился в окно.

Чего они там увидели?

Я вскочил на ноги и тоже это увидел.

— О НЕТ! — в ужасе завопил я.

Газик!

Мой жирный бульдог сбежал из общежития и теперь заглядывал в окно нашего класса. А в зубах у негобыла ДЕРЕВЯННАЯ НОГАпомощницы повара!

Кто-то показывал на него пальцем, кто-то кричал. Многие бросились к окну, чтобы получше рассмотреть моего пса.

Я же плюхнулся на стул и закрыл глаза.

— Это чья собака? — сердито спросила миссис Гнус. — Кто-нибудь знает, чья это собака?

И тут Шерман Оукс громко отчеканил:

— Это собака Берни! Это собака Берни!


Глава 10

ПОХИЩЕНИЕ


Миссис Гнус оттащила меня в сторонку.

— Берни, это правда твоя собака?

— Собака? Какая собака? — сделал я круглые глаза. — Я не вижу никакой собаки.

Она пристально посмотрела на меня сквозь толстенные стёкла очков.

— Берни, даже я заметила этого бульдога с деревянной ногой в зубах! Если это твоя собака, я буду вынуждена сообщить об этом директору Гадюку.

Я поднял руки:

— Сдаюсь. Миссис Гнус, вы поймали меня с поличным. Я вынужден во всём признаться. У меня в комнате шестнадцать чихуа-хуа, две утки и медведь гризли.

— Хватит шутить, — сурово сказала она. — Сегодня вечером я зайду к тебе, чтобы пожать руку на ночь. И тогда обыщу всю твою комнату. Загляну в каждый уголок.

В Тухлой школе есть такая традиция — пожимать друг другу руки. Каждый вечер, в каждом общежитии, перед тем как погаснет свет.

В нашем общежитии миссис Гнус наведывается к ученикам в девять часов вечера. Она ходит из комнаты в комнату и проверяет, всё ли на месте.

Потом она спрашивает каждого из нас: «Как прошёл день? Надеюсь, у тебя всё в порядке». И пожимает нам руки.

Вообще-то заканчивать день дружеским рукопожатием довольно приятно. Но только в том случае, если тебе не приходится прятать от училки попугая и бульдога.

Миссис Гнус прищурилась:

— Если ты прячешь у себя в комнате какое-нибудь животное, я его обязательно найду.

— Я помогу вам, — откликнулся я. — Если кто-то прячет в своей комнате зверушек, мы их разыщем, уж будьте уверены!


Несколько минут спустя я уже шагал по Чудесному газону, возвращаясь в Тухлое общежитие. Понурив голову и опустив плечи. Думая изо всех сил.

Сегодня вечером ко мне придёт миссис Гнус. Она обшарит все углы. Мне не удастся спрятать от неё Газика и Нахала. Я пропал.

Солнце уже почти скрылось за деревьями. На траву легли длинные тени.

Тут я увидел Шермана Оукса. Он тоже шагал по газону. Мерзкий Шерман. Он сделает всё, чтобы я попал в беду.

На спине у Шермана висел его рюкзак из страусовой кожи. А ещё он что-то тащил на плече. Мешок с бельём?

С чего это Шерман Оукс идёт по Чудесному газону с огромным мешком белья?

Я решил пойти за ним. Шерман недовольно ворчал и постанывал. Вот он даже покачнулся. Мешок явно тяжёлый.

Я старался держаться в тени. Медленно подбирался всё ближе. Ближе…

— Ой! Фуууу!

Меня накрыло волной жуткой вони.

Я зажал пальцами нос. Но это не помогло.

Газик!

Шерман несёт не бельё! В этом мешке моя собака! Шерман похитил моего бульдога!

Но куда же он его тащит? Догадайся с трёх раз.

Я решил по-прежнему не привлекать внимания и прятаться за деревьями. И проследовал за Шерманом до самого дома директора Гадюка.

Так вот оно что! Шерман решил меня сдать. Он хочет показать директору мою собаку. И тогда мне скажут: «Пока-пока, Берни». И вышибут из родной школы.

Славный пацан, да?

Я увидел, как Шерман положил Газика на землю. Мой пёс был на поводке. Шерман привязал поводок к тонкому деревцу у директорского дома.

А потом подошёл к парадному входу и позвонил в дверь.

Надо что-то делать. Если директор Гадюк выйдет и увидит Газика, всё кончено.

Что бы такое придумать?

Глава 11

МЯУ!

Думай, Берни, думай.

И тут невдалеке показался Бельцер. Я помахал ему и зашипел:

— Бельцер! Скорее сюда!

Бельцер бросился ко мне. Его живот подпрыгивал под футболкой: вверх-вниз.

— В чём дело, ББ?

— Тс-с… Некогда объяснять, — оборвал я и потащил его к Газику.

Только пёс меня увидел, как принялся отчаянно вилять своим хвостом-обрубком. Он знал: я его спасу!

Я снял с Газика ошейник, легонько шлёпнул его по заду, и пёс затрусил прочь.

Тогда я надел ошейник на Бельцера.

— Быстрее! Садись! — приказал я.

Бельцер уселся на траву.

— Умница, — похвалил я и погладил его по голове. — Когда выйдет директор, кричи: «Это он меня привязал! Шерман привязал меня к дереву!» Понял?

— Понял, ББ. — Бельцер закивал и поднял вверх большой палец. — А сколько мне тут сидеть?

Отвечать мне не пришлось. Дверь директорского дома распахнулась, и Шерман поволок директора Гадюка к дереву.

Наш директор жутко низкорослый, не выше нас — четвероклассников. И он всегда носит один и тот же серый костюм. Я подозреваю, он стащил его у куклы из кукольного театра.

Я метнулся за кусты. Раздвинул ветки и стал наблюдать.

Шерман был на седьмом небе от счастья. Он весь сиял.

— Я вам докажу, что Берни Бриджес держит в школе собаку, — говорил он директору. — Вот, смотрите. Это собака Берни Бриджеса.

Директор Гадюк вытаращился на Бельцера, с несчастным видом сидевшего на траве. Бельцер подёргал за поводок, привязанный к дереву.

— Это он меня привязал! — закричал мой друг. — Это Шерман привязал меня к дереву!

У Шермана отвисла челюсть и округлились глаза.

Директор Гадюк недовольно на него уставился.

— Что за глупые шутки? — прорычал он. — Всем известно, что у меня нет чувства юмора. Я не понимаю шуток.

— Но… но… но… — забубнил Шерман.

— Немедленно отвяжи Бельцера! — приказал директор. — Школьные правила запрещают сажать учеников на цепь.

— Конечно, сэр, — послушно промямлил Шерман и снял ошейник с Бельцера.

Тот потёр шею.

И тут из рюкзака Шермана послышалось громкое «Мяу!».

— Это ещё что такое? — недовольно спросил директор Гадюк.

— Э-э… ничего.

— Похоже, кошка, — заметил Бельцер.

Раздалось ещё одно «Мяу!».

— Шерман Оукс! Ты завёл кошку? — вскричал директор. — Открывай рюкзак.

С тяжёлым вздохом Шерман снял рюкзак, расстегнул молнию и вытащил железную кошку.

Кошка мяукнула, шлёпнулась на землю и двумя лапами крепко вцепилась директору в ногу.

— Она порвала мне брюки! — заорал директор. — Снимите её с меня! Она испортила мне костюм!

Шерман кинулся отцеплять кошку, но ему это никак не удавалось.

Бельцер разыскал меня за кустами, и мы побежали к Тухлому общежитию.

Классный день!

В отдалении директор Гадюк вопил:

— Выключи её, Шерман! Выключи немедленно! Отдай мне батарейки!

Ещё одно очко в пользу Берни Бриджеса.

— Гляди, что выпало из рюкзака Шермана. — Бельцер протянул мне пачку лотерейных билетов.

— Ух ты! Да это же те десять билетов, которые я ему продал. Супер! Можно будет их снова ему продать. По двойной цене! — порадовался я и засунул билеты в карман.

Настроение у меня было чудесное. Но я знал: война ещё не окончена. Шерман так легко не сдастся.

И миссис Гнус заявится вечером проверять мою комнату. Мои любимые зверушки в опасности.

Глава 12

ВСЁ КОНЧЕНО


Во время обеда в столовой я быстро слопал свою порцию и порцию Бельцера. Гениям надо много есть, чтобы запастись энергией.

После обеда почти все ребята разбрелись по своим комнатам, чтобы немного позаниматься. Мы с Финменом и Кренчем тоже позанимались. Компьютерными играми в комнате отдыха.

Когда я взглянул на часы, было уже почти девять вечера. Ничего себе! Скоро девять. В ту же секунду я понял, что всё КОНЧЕНО.

Я услышал, как миссис Гнус спускается на первый этаж. Девять часов. Скоро погасят свет. И миссис Гнус пожмёт нам руку на ночь.

Я бросился в свою комнату. И первым делом накрыл Нахала покрывалом.

— Клюнь меня! — завопил он. — Клюнь меня!

Но скоро угомонился.

Я положил Газика в кровать и набросил на него одеяло.

— Не шевелись, дружище, — велел я.

— Заткни клюв! — крикнул Нахал.

Я накидал поверх покрывала с десяток футболок, чтобы приглушить его вопли.

Потом уселся на кровать и попытался как-то замаскировать большой бугор. Интересно, она ни о чём не догадается? В открытую дверь я увидел, что миссис Гнус уже вошла в комнату напротив. Она пожала руку Финмену.

— Спокойной ночи, миссис Гнус, — сказал Финмен.

Потом она пожала руку Кренчу и Бельцеру.

— Убери свои воздушные шарики, — сказала она Кренчу. — Завтра будешь издавать при помощи них всякие неприличные звуки.

ПРРРРРРРРРР!

Мои друзья захихикали как ненормальные.

Миссис Гнус повернулась и вышла из их комнаты.

Ну вот, сейчас всё решится.

— Здравствуйте, миссис Гнус, — сказал я. — Какой сегодня чудесный вечер, не правда ли?

— Осторожно! Берегись! — завопил Нахал. Его голос звучал совсем тихо, но миссис Гнус всё равно его услышала.

Она сузила глаза за стёклами очков.

— Что ты сказал?

— Я сказал: заходите, осмотритесь.

— Именно это я и собираюсь сделать, — заявила миссис Гнус, оглядывая комнату.

ВСЕ ВЫ УРОДЫ!!

Нахал аж подпрыгнул на своей жёрдочке.

— Берни, что ты сказал? — снова спросила миссис Гнус.

— Я сказал: волшебная погода.

Миссис Гнус стала осматривать мою комнату в поисках зверушек. Она обшарила каждый угол. Обыскала стенной шкаф. Потом порылась в ящиках комода. И даже опустилась на колени и заглянула под кровать.

— Чего это ты так улыбаешься, Берни? — раздражённо спросила она. — Я уверена, что ты спрятал своих питомцев где-то здесь, в этой комнате.

— Я улыбаюсь, потому что рад вас видеть, — ответил я и улыбнулся ей своей лучшей улыбкой. У меня на щеках появились чудесные ямочки. — Миссис Гнус, вы дарите нам радость, всем нам.

— Что за бред ты несёшь! — проворчала она и расстроено вздохнула. — Ладно, я никого здесь не нашла. Наверное, пора пожелать тебе спокойной ночи.

Она затрясла мне руку, но вдруг остановилась.

Глаза у неё округлились, а рот раскрылся.

Она уставилась на кровать. Ещё бы, ведь Газик решил, что пора наконец выбираться из-под одеяла. Теперь он лежал, положив голову на подушку, и неотрывно смотрел на миссис Гнус.

— Ээээ… я сейчас всё объясню, — пробормотал я.


Глава 13

НОВЫЙ УЧЕНИК


Думай, Берни, думай.

— Миссис Гнус, познакомьтесь. Это наш новый ученик, — нашёлся я.

Она недоумённо заморгала.

— Новый ученик?

— Да. Он приехал сегодня утром. Познакомьтесь… э-э… Томми Толстоморд.

Миссис Гнус посмотрела на Газика и проговорила:

— Добро пожаловать в Тухлое общежитие.

Газик рыгнул.

— Это надо же! — Миссис Гнус повернулась ко мне. — Ты решил жить с соседом? Ты же всегда хотел жить один. Сам по себе!

— Да, но я решил помочь парню освоиться, чтобы он понял: мы в Тухлой школе всегда рады новеньким.

— Молодец, Берни! — похвалила миссис Гнус.

Из пасти Газика потянулась длинная нитка слюны. Я встал рядом с псом, обнял его и загородил слюни рукой.

— Берни, ты чего? — удивилась комендантша.

— Я решил положить начало новой доброй традиции, — нашёлся я. — Теперь мы будем на ночь обнимать друг друга, а не просто пожимать руки.

Я ещё крепче обнял Газика.

Миссис Гнус прослезилась.

— Удивительно. Я и не знала, что ты такой милый, Берни. Ты прекрасно придумал, так даже гораздо лучше. — Она подошла поближе и протянула Газику руку. — Томми, добро пожаловать в Тухлое общежитие. Каждый вечер мы пожимаем друг другу руки.

Я высунул руку из-за спины пса, и миссис Гнус её пожала.

— И тебе спокойной ночи, Берни, — проговорила она.

Я снова протянул руку, и она ещё раз её пожала. А потом она ушла.

Да-а-а… ведь чуть не попались!

Как только комендантша покинула мою комнату, в неё ввалились Финмен, Бельцер и Кренч.

— Ну, Берни! Надо же как выкрутился! — ликовал Финмен. — Классно ты придумал про нового ученика.

— Супер! — подхватил Бельцер.

— Но дальше-то как? — спросил Кренч. — Она рано или поздно догадается.

— Не догадается, — заверил я. — Мы всё сделаем, как положено. Мы зачислим Томми в школу.

Глава 14

КАРАМЕЛЬКИ


Я сидел и слушал, как миссис Гнус поднимается по лестнице к себе на чердак. Вот наконец она закрыла за собой дверь. Тогда мы с Финменом и Кренчем быстро оделись и на цыпочках выбрались из общежития.

Похолодало. Дул ветер. Стояла кромешная темнота. На небе не было видно ни луны, ни звёзд.

Кроссовки скользили по мокрой траве. Я спешил как никогда. Финмену и Кренчу приходилось бежать, чтобы не отставать от меня.

— Объясни мне ещё раз, Берни, — прошептал Финмен. — Зачем мы хотим проникнуть в кабинет директора?

— Чтобы внести в списки нового ученика, — сказал я.

Наконец мы добрались до дома Гадюка. Директор спал. Свет во всех комнатах был погашен.

Мы залезли внутрь через окно. Свет от фонариков заплясал по стенам. У директора был огромный стол, весь заваленный бумагами и папками. С краю стоял компьютер.

На стене я разглядел две фотографии в рамках. На одно был изображён директор Гадюк в чёрной мантии выпускника университета. На другой он пожимал руку Губке-Бобу Квадратные Штаны в каком-то парке аттракционов.

Странно.

— Внимание, парни, — прошептал Кренч. — Где-то на столе должна быть банка с карамельками.

Он нашёл её, открыл и взял пару конфет.

Финмен тоже потянулся за карамельками.

— Эй, Кренч, а тебе какие карамельки больше нравятся?

— Со вкусом огурцов, — ответил Кренч. — Обожаю карамельки со вкусом огурцов.

— А мне нравятся просто белые, без всякого вкуса, — сказал Финмен. — Они самые суперские!

— Парни, мы пришли сюда не за карамельками, — шикнул я на них. — У нас есть дела поважнее. Вы что, забыли?

Финмен и Кренч быстро проглотили конфеты.

— Что нам делать, Берни?

— Посмотрите эту стопку бумаг, — велел я, осветив стол фонарём. — Найдите папку с чистыми анкетами.

Они стали рыться в бумагах. Я подошёл к шкафам и тоже принялся искать.

— Нашёл! — наконец прошептал я, вытащив толстую папку. — Что ж, парни, за дело!

Я разложил бумаги из папки на столе.

— Вот она. Анкета нового ученика. Посветите мне. Эй, Кренч, ты что делаешь?

— Мне попалась карамелька с зелёным луком, — откликнулся он. — Класс! — Он сунул в рот ещё пару конфет. — Ммммм… С помидором.

Я вытащил ручку и склонился над анкетой.

— Ну и что? Зачем она нам, Берни? Как это поможет? — спросил Финмен.

— Сейчас я впишу сюда Газика. Напишу, что он приехал к нам по обмену, — ответил я. — Если Газик ученик, то он ведь не может быть чьим-то животным, верно? А если он не животное, то меня не за что выгонять из школы.

— Но… но… — залепетал Финмен, — вряд ли это сработает. Не, стопудово не сработает.

— Расслабься, — посоветовал я. — Газик будет не единственным учеником в этой школе, кто не умеет ходить на двух ногах.

Кренч снова потянулся за карамельками. От него никакой пользы. Но мне помог Финмен. Он направил фонарь на анкету нового ученика, и я стал её заполнять.

Я написал новое имя Газика: ТОММИ Т, ТОЛСТОМОРД. Потом заполнил остальные графы.

— Я так горд. Томми тоже станет учеником Тухлой школы! — сказал я. — Кренч, ну-ка отойди от банки с карамельками. Залезь в кладовку — она вот там — и найдя для Томми форменную футболку и кепку.

Кренч отправился в кладовку и стал копаться в футболках и рубашках.

— У нас проблемы, Берни, — прошептал он. — На собак не шьют форму.

— Ну и ладно, — отозвался я. — Найди футболку размером побольше, она вполне сойдёт.

Наконец Кренч протянул мне футболку и кепку.

— Не, пожалуй, нам надо две футболка заявил я. — Томми обожает пускать слюни.

Кренч дал мне ещё одну.

— Ну всё. С этим покончено. Давайте выбираться отсюда, — сказал я. — Завтра Томми пойдёт на занятия. Мне надо привести его в порядок.

Мы отправились к двери. Но Кренч не мог удержаться. Увидев на столе две тёмные карамельки, он быстро схватил их, сунул в рот и начал жевать. Но тут же вдруг сморщился от отвращения.

— Фууу! Какая гадость!

— Потому что это никакие не карамельки, — сказал я. — Это мышиные какашки.


Глава 15

ПЕРВЫЙ ДЕНЬ ЗАНЯТИЙ


На следующее утро, пока я завтракал, Бельцер выгулял Томми. Я с трудом запихнул в себя бекон, колбасу, картошку, сыр и кукурузные хлопья — ужасно переживал, как пройдёт первый день Томми в школе.

Когда Бельцер вернулся, я велел ему надеть на пса школьную форму.

Это оказалось не так-то просто.

Бельцер немало помучился, прежде чем ему удалось просунуть голову Томми в горловину футболки и пропихнуть в рукава его лапы. К тому же Томми всё время рычал и пытался тяпнуть Бельцера.

— Ай! Моя рука! У меня кровь! — завопил мой друг. — Гляди, как твоё пёс меня укусил. Прямо до крови!

— Подумаешь, царапина! — Я пожал плечами. — Будь мужчиной, Бельцер! Новенький нервничает, ведь сегодня у него первый день занятий.

— Если он будет так кусаться, ничего не выйдет, — заметил Бельцер.

Наконец он нарядил пса, в довершение натянув ему на уши кепку.

— Послушай, ББ, всё равно ничего не получится. Гляди, он уже заляпал слюнями всю футболку.

— Футболка Финмена тоже вечно заляпана слюнями, и что? — возразил я. — Идём. Пора на занятия.

Мы с Бельцером и Томми спустились по лестнице и уже почти дошли до двери, как вдруг столкнулись с Билли-Умником.

— Привет, ребята! Как дела? — крикнул он.

— Нормально. Вот идём на занятия, — ответил я. — Чего это ты так скалишься?

— А вот гляди. — Он сунул мне под нос какую-то бумагу. — Я лучше всех написал тест по истории. Набрал сорок восемь баллов из ста. Круто?

— Да уж, — протянул я, разглядывая листок. Он ответил правильно почти на половину вопросов! — Ты молодец, Билли, — похвалил я. — Ты прославишь наш класс!

Тут он повернулся к Томми.

— Привет. Как жизнь? — спросил он собаку.

Томми только посмотрел на него круглыми карими глазами и ничего не ответил.

— Это новенький. Будет учиться у нас по обмену, — сообщил я.

— Ну, удачи тебе, парень.

Билли протянул псу руку.

— Дай лапу, — зашептал я. — Лапу дай!

Томми протянул лапу, Билли пожал её и поспешил на урок.

— Ничего себе! — изумился Бельцер, как только Умник ушёл. — Берни, ты это видел? Билли-Умник не догадался, что Томми — собака!

Я задумчиво почесал затылок.

— Хм… видимо, придётся придумать для Билли другое прозвище.

— Точно. Типа, Билли-Болван, да?

— Потом решим, — оборвал я и подтолкнул Томми к двери. — Посмотрим, сможем ли мы провести остальных. Если нет — мне конец.

Несколько минут спустя мы с Томми вошли в класс.

— Миссис Гнус, — обратился я к учительнице, — это новый ученик. Он у нас по обмену. Его зовут Томми Толстоморд. Где он будет сидеть?

И тут раздалось громкое «Пууууук!».

Миссис Гнус обернулась и поморщилась.

— О-о! Что за жуткий запах? Чем так воняет? — спросила она.

Все тут же позажимали носы. Отовсюду послышалось: «Фу! Фи!»

Томми уставился на миссис Гнус, а она уставилась на него.

Коленки у меня задрожали. Что, если училка поймёт, что новенький — Бульдог?


Глава 16

ОН ГОВОРИТ ПО-ФРАНЦУЗСКИ


Снова из динамика раздался писк.

ДИРЕКТОР ПРИВЕТСТВУЕТ ВАС

Мы услышали, как директор Гадюк откашлялся.

— Внимание, внимание! — сказал он. — Многие ученики просили о том, чтобы на конкурсе по правописанию слова состояли только из одной буквы. Мы решили, что это было бы слишком просто. Поэтому конкурс по правописанию отменяется.

Миссис Гнус взглянула на моего толстого бульдога.

— Томми, сейчас у нас будет урок французского, — сказала она. — Ты говоришь по-французски?

Томми рыгнул:

Беээээ!

— Что он сказал? — спросила миссис Гнус. — Я не расслышала.

— Он сказал: «Oui, madam» (Да, мадам (франц.)), — ответил я. — Он очень робкий. И поэтому говорит очень тихо.

Миссис Гнус улыбнулась Томми.

— Сколько лет ты учишь французский? — спросила она.

Томми снова рыгнул. По подбородку у него потекла слюна.

— Он говорит «Trois ans» (Три года (франц)), — сообщил я.

— Ух ты! Целых три года учишь французский! Да ты будешь нашим лучшим учеником, — сказала миссис Гнус. — Я тронута.

Что ж, пока всё идёт хорошо.

— Садись, Томми, — велела миссис Гнус.

— Можно он сядет рядом со мной? — попросил я.

Я согнал Финмена со стула и жестом скомандовал Томми подскочить ко мне.

Миссис Гнус, по обыкновению прищурилась, посмотрела на пса.

— Итак, давайте заниматься французским. Томми, ты можешь исправлять нас, если мы будем говорить неправильно.

Томми отрыгнул свой завтрак. Я быстро вытер за ним и помог ему забраться на стул.

Остальные уроки тоже прошли нормально. Томми сидел за партой и, высунув язык, преданно смотрел на миссис Гнус. К счастью, несколько других учеников тоже сидели с высунутым языком.

Я позволил себе расслабиться. Пока что мне не о чем волноваться — по крайней мере, до урока пения.

Глава 17

А ЕЩЁ ОН ПОЁТ!


Мистер Гундос — наш учитель пения. Он дерёт с нас три шкуры, потому что очень гордится хором четвероклассников и хочет, чтобы мы пели как можно лучше.

Он заставляет нас по сто раз повторять одно и то же. И сам поёт с нами. Беда только в том, что петь он совсем не умеет. Ни в одну ноту не попадает и поёт всё время в нос.

Мы даже его прозвали в шутку мистер В-нос. Ха-ха!

В общем, я сомневался, что мистеру Гундосу понравится пение моего бульдога, поэтому, когда мы пробирались в класс, я старался заслонять собой Томми.

Но Томми хотелось внимания. Он пролез у меня между ног и вышел на середину класса.

— Ага! Новенький! — обрадовался мистер Гундос. — Добро пожаловать! Ну-ну, не прячься. Уверен, у тебя чудесный голос.

Томми уже обслюнявил весь перед футболки. Хорошо хоть кепка с ушей не слетела.

— Надо только проверить, какого тембера, — продолжал учитель, — чтобы решить, куда тебя поставить.

Приехали! Сердце у меня упало. Если Гундос начнёт проверять…

— У него болит горло, сэр, — сообщил я, выходя вперёд и загораживая Томми. — Видите, он и слова сказать не может.

Томми издал какой-то хрип.

— Тогда попросим его спеть что-нибудь совсем простенькое, — сказал мистер Гундос и наклонился к Томми. — Помнишь увертюру к «Реквиему» Бетховена в ре-миноре?

— Конечно, помнит, сэр. Это его любимое произведение, — ответил я за пса, снова пытаясь его загородить. — Но у него так болит горло… Боюсь, у новичка острый фарингит, сэр. Он кашлял всё утро.

— Позволь ему спеть, Берни. Он и так стесняется. Но мы же должны проверить, как он поёт.

«Это конец, — догадался я. — Теперь всё откроется. Меня вышибут из школы и отправят домой».

— Что ж, Томми, для начала спой вместе со мной, — предложил мистер Гундос, закрыл глаза, открыл рот и затянул что-то блюзовое.

Пел он во весь голос и так скверно, что Томми начал выть.

Пёс склонил голову и выл, и выл, и выл.

Мистер Гундос умолк и уставился на Томми.

«Конец! — подумал я. — Это мои последние секунды в Тухлой школе».

— Вот это настоящий блюз! — похвалил Томми мистер Гундос. — И как душевно поёшь!

Я облегчённо вздохнул.

— У тебя чудесный тенор, Томми, — продолжал учитель пения. — Сядь вон там. Будешь у нас главным тенором.

Ничего себе! Умница, пёсик!

В первый же день Томми показал себя. Его назвали лучшим по французскому, а теперь ещё и сделали главным тенором в хоре.

После занятий я повёл Томми в общежитие. Бельцер, тащивший за меня все учебники, бежал рядом с нами. Я дал ему «пять».

— Всё прошло отлично! — прокричал я. — Из Томми вышел замечательный ученик Тухлой школы. Я гений или не гений?

— Ты гений, ББ, — согласился Бельцер.

Сегодня правда суперский день. До самого вечера у меня было распрекрасное настроение.

Пока в девять часов не явилась миссис Гнус — пожелать нам спокойной ночи.

— Мальчики, не забудьте: завтра шестичасовая контрольная, — напомнила она. — Выспитесь хорошенько.

Миссис Гнус ушла.

Я сидел в кровати и дрожал мелкой дрожью. Шестичасовая контрольная?

Томми лизнул меня в щёку. Бедняга, он ещё не знает, что завтра его вышибут из школы. И меня вместе с ним.

Глава 18

ТОММИ ПИШЕТ КОНТРОЛЬНУЮ


На следующее утро я проснулся в мрачном настроении.

Шестичасовая контрольная. Вся школа будет писать годовую контрольную работу. Томми с ней не справится. Он даже не сможет высидеть все эти шесть часов.

Я посмотрел на бульдога. Славный парень. Виляет свои коротким хвостом и широко мне улыбается. Я погладил его по голове. И натянул ему на уши кепку.

А потом глубоко и тяжело вздохнул.

— Ну что, дружище, идём, — сказал я. — Пришло время твоей первой — и последней — контрольной.

Когда мы с Томми вошли в столовую, там уже было полным-полно народу. Годовую контрольную писали все классы — от второго до восьмого.

Я и Томми уселись за парту в самом конце. Трое учителей раздавали ученикам листочки с заданием и карандаши. Я взял задание для Томми и положил перед ним на парту.

Потом я начал показывать ему, как отмечать галочками правильные варианты ответов. Но Томми схватил зубами карандаш и стал его грызть.

Бесполезно. Совершенно бесполезно.

Вот и звонок.

— Итак, ученики Тухлой школы, — провозгласил один из учителей, — можете приступать. Желаем всем вам удачи!

Ага, конечно, удачи. Этим утром мне нужно не только удача. Я покосился на Томми. На тетрадке перед ним уже образовалась целая лужа слюны.

Я открыл ему тетрадку, сунул в лапу карандаш и немного поводил лапой, отмечая правильные ответы. Потом открыл свою тетрадку и, склонившись над ней, принялся за работу.

В огромном зале воцарилась тишина. Я сделал задания на трёх или даже четырёх страницах, не поднимая головы. Контрольная оказалась несложной.

Впереди сидела Юлия-Августа Сен-Табр. Вдруг она вскинула свою хорошенькую головку, принюхалась и повела своим чудесным вздёрнутым носиком. И воскликнула:

— Фууу! Откуда так воняет?

Вскоре со всех сторон послышались стоны и крики.

— Чем так ВОНЯЕТ? Что-то ВОНЯЕТ!

— Фууу! Меня сейчас вырвет! Что это за вонь?!

— Тухлые яйца? Гнилая капуста? Жжёная резина?

— Ой-ой-ой! Спасите-помогите! Меня тошнит от этой вони! ТОШНИТ!

У ребят брызнули слёзы из глаз. Ученики закрывали рот руками, задыхаясь от жуткой вони. Кое-кого рвало, и звуки эхом разносились по всему залу.

Газик снова показал, на что он способен.

Наконец ребята пустились в бегство.

Громко вопя и зажимая нос, они мчались к двери. Стремясь побыстрее выбраться на свежий воздух, ученики выскакивали из-за парт, и тетрадки сыпались на пол.

Не прошло и минуты, как столовая опустела.

Я тоже не собирался оставаться в этой вони. Закрыл свою тетрадку и бросился к двери. «Что ж, — сказал я самому себе, — странно, но всё получилось как нельзя лучше».


Глава 19

ВЫИГРЫШ


На следующий день мы с Томми уселись на задних партах. Но и оттуда было прекрасно видно, что миссис Гнус настроена серьёзно.

Прозвенел звонок. Миссис Гнус подняла руку, призывая всех к тишине.

— Минутку внимания! Сейчас сюда придёт директор Гадюк и расскажет о результатах контрольной.

Приехали!

Мы с Томми сорвали контрольную, а за это по головке не погладят.

Я начал готовить свою прощальную речь.

Томми сидел рядом со мной и тяжело дышал. Вдруг, не успел я и глазом моргнуть, он сорвался с места. Я попытался его удержать, но не тут-то было.

Кепка слетела у него с головы. На виду у всего класса пёс мчался к миссис Гнус.

— Томми, назад! — закричал я. — Вернись!

Слишком поздно.

Томми подскочил к учительницу и обхватил лапами её ногу.

— А ну-ка слезь с меня! — завопила миссис Гнус и принялась дрыгать ногой и дёргаться. Она так старалась, что у неё слетели очки.

Тут Шерман вскочил и заорал на весь класс:

— Это собака! Это не мальчик, это собака!

— Снимите его с меня! — надрывалась миссис Гнус.

Я бросился к ней и попытался отцепить от неё Газика. В этот момент в класс вошёл директор Гадюк и ахнул.

— Что здесь происходит? — спросил он.

Я оттащил Газика от миссис Гнус и крепко обхватил своего красавца. Пёс тяжело дышал.

— Вы сегодня отлично выглядите, сэр, — обратился я к директору. — Похожи на какого-то актёра. Может, на Тома Круза? Шикарная у вас рубашка. Удивительно, какие классные вещи продают в отделе детской одежды.

Но директор не слушал меня. Он смотрел на Газика.

— Собака! — заметил он. — Что делает собака в классе?

— Это пёс Берни! — поспешил выдать меня Шерман.

Миссис Гнус потёрла ногу.

— Новенький оказался собакой, директор. Томми Толстоморд — собака!

Директор Гадюк на минуту задумался. Потом по его лицу расплылась широкая улыбка.

— В школе запрещено держать животных. А значит, я могу выгнать Берни Бриджеса! — радостно объявил он. — Я могу отправить Берни Бриджеса домой!

Директор захохотал. Запрокинул голову и ржал, пока по щекам не побежали слёзы. Затем он изобразил какой-то варварский танец, выстукивая ритм каблуками.

— Это самый счастливый день в моей жизни! — ликовал он.

— Но это не моя собака, сэр! — закричал я. — Я это докажу!

Улыбка сползла с лица директора.

— Не твоя? А чья же?

— Дайте мне пять минут, и я вам отвечу, — пообещал я.

Директор нахмурился.

— Всего пять минут, сэр, — попросил я.

Он кивнул.

— Ладно. Пять минут. Твои последние пять минут в моей школе! Я попрощаюсь с тобой у себя в кабинете, — сообщил он и вышел.

Ко мне подбежал Финмен.

— Берни, что ты задумал?

— Я нашёл отличный приз для победителя лотереи, — объяснил я. — Это Газик! Победителю достанется Газик!

— Финмен хотел что-то возразить, но я прикрыл ему рот рукой.

— Ты не понимаешь. Если Газик достанется победителю, он больше не будет моим псом. А значит, меня не за что будет выгнать из школы.

— Неужели ты можешь отдать кому-то Газика? — удивился Финмен. — Ты же его любишь.

— Ничего. Я потом его заберу.

Я повернулся к классу.

— Внимание! Доставайте свои лотерейные билеты! — проорал я. — Сейчас мы узнаем, чей номер выиграл.

Я вынул из рюкзака бочонки с номерами, остальные вытащили свои билеты. Шерман отчаянно рылся в рюкзаке.

— Все посмотрели на свой номер? Победитель получит чудесного бульдога! У него появится отличный преданный друг!

Я выудил из кучи один бочонок.

— Вот номер выигрышного билета, — объявил я. — Номер 32489. У кого он? Смотрите внимательней! Кто выиграл собаку? У кого номер 32489?

В классе стояла тишина.

— Ну, не стесняйтесь, — подбодрил я, поглядывая на часы. — Кто же выиграл?

— Ты свои билеты смотрел? — прошептал Бельцер.

Мои билеты? Ну конечно!

Я вытащил из кармана те десять билетов, которые вывалились из рюкзака Шермана и которые так и остались у меня. Точно. Первый же билет в пачке был с номером 32489.

Я уставился на него. Сглотнул. Моргнул.

— Я… я… выиграл этого пса, — пробормотал я. — Это мне… достался (всхлип) чудесный выигрыш.

Послышались недовольные крики. Все решили, что Берни их обманул.

Миссис Гнус схватила меня за руку.

— Вот и отлично, Берни. Выходит, это всё-таки твоя собака. Идём. Мне очень жаль. Но правила нельзя нарушать. Нам тебя будет очень не хватать.


Глава 20

ЛУЧШИЙ УЧЕНИК


Миссис Гнус приволокла меня в кабинет директора Гадюка.

— Собака принадлежит Берни! — возвестила она.

— Чудесно! — обрадовался директор и затопал своими крохотными ножками. — Ура! Ура! Я отправлю тебя домой! Счастье-то какое! — Вдруг он замер. — Ой, погодите-ка… — Директор открыл большую папку и уставился в неё. — Погодите! О нет! О нет!

Директор Гадюк тяжело вздохнул и сник. Затем повернулся к миссис Гнус и сказал:

— Томми Толстоморд единственный досидел до конца контрольной. И у него самый высокий балл.

У миссис Гнус отвисла челюсть.

— То есть… — пробормотала она, тупо пялясь на директора.

— Пёс уже внесён в список лучших учеников школы, — объяснил он. — Я не могу его исключить. Это плохо скажется на среднем уровне успеваемости.

— Соб-б-бака Б-берни, — заикаясь, сказала миссис Гнус, — будет учиться в школе?

— Да. — Директор кивнул. — Этот пёс — наш лучший ученик. Мы не можем его выгнать. Так что придётся изменить правила. Отныне в Тухлой школе можно держать животных.

Я завопил от радости, и тут в кабинет вбежал Томми.

— Спасибо, сэр! — Я пожал директору руку. — Вы не пожалеете. Томми не посрамит честь нашей школы. Вы ещё будете им гордиться.

— ПОМОГИТЕ! — заголосила миссис Гнус. — Снимите его с меня! Снимите новенького с моей ноги!


  • Карта сайта