XREFF.RU


ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЙ ДОГОВОР 7 страница



Если Вам понравился сайт нажмите на кнопку выше

Шофер передал в управление самосвал несовершеннолетнему мальчику, и тот, не умея управлять, нанес убытки имуществу другого гражданина. Есть причинно-следственная связь между неправильным поведением шофера и нанесенным ущербом?

Председатель колхоза, злоупотребляя служебным положением, направил школьников на уборку своего личного огорода. А во время транспортировки школьников шофер нарушил правила дорожного движения, машина перевернулась, дети получили увечья. Есть причинно-следственная связь между действиями председателя колхоза и увечьем детей?

Классический пример. Мачеха, желая избавиться от пасынка, посылает его в грозу в лес, в надежде, что в него ударит молния и он погибнет. И действительно, маленький мальчик сел под большое дерево, в дерево ударила молния, мальчик погиб. Есть причинно-следственная связь между действиями мачехи и гибелью мальчика?

Жена, желая избавиться от нелюбимого мужа покупает ему путевку в горы в надежде, что он погибнет. И действительно, во время путешествия по горам, он нарушил инструкцию, пошел туда, куда не надо, упал с горы и разбился.

Чтобы отвечать на сложные вопросы, цивилистическая наука разработала различного рода теории, изучать которые мы будем в дальнейшем.

Гражданское право – 5 03.10.00

Мы остановились на теории причинной связи.

Одна из первых теорий причинной связи была разработана профессором Церетели и получила название теории необходимого условия. Вкратце сущность этой теории заключается в следующем, что в цепи последовательно развивающихся событий нужно найти то поведение, о котором идет речь, и посмотреть, связано оно с наступившим результатом или не связано. Как это сделать? Нужно мысленно исключить это поведение человека из цепи последовательно развивающихся событий. Если мы увидим, что и без этого поведения результат всё равно наступил бы, то причинной связи между этим поведением и наступившим событием нет, и наоборот, если мы увидим, что без этого поведения результат не наступил бы, значит между этим поведением человека и наступившим результатом есть юридически значимая причинная связь.

То есть довольно простая теория, но у нее есть один существенный недостаток. Приведем конкретный пример. Дежурный врач дал указание медсестре закапать лекарство в глаза новорожденному ребенку, а медсестра перепутала и вместо одного лекарства закапала другое, в результате ребенок ослеп. Давайте попробуем применить эту теорию необходимого условия на данном конкретном примере. Если бы сестра не перепутала лекарство, результат не наступил бы. Значит, есть причинная связь между поведением медсестры и наступившим результатом. С другой стороны, если бы врач не дал медсестре указание закапать глаза ребенку, то результат не наступил бы. Значит между поведением врача и наступившим результатом есть юридически значимая причинная связь. Но если бы в свое время главный врач не взял бы этого врача на работу, результат тоже не наступил бы, значит между поведением главного врача и наступившим результатом есть причинная связь. И так далее. Так можно дойти до первородного греха Адама и Евы: всё будет связано с этим результатом.

Поэтому основной недостаток данной теории в том, что нужно ограничить цепочку причинно-следственных связей, где-то найти границу, и, естественно, профессор Церетели тоже понимала это и говорила, что исследователь прерывает изучение там, где противоправное поведение и вина не могут предполагаться.

Но дело в том, что и вина – это субъективное условие в гражданско-правовой ответственности, она никак не влияет на причинную связь. Причинная связь – это объективная связь явлений, она не зависит от сознания человека, человек может не видеть эту связь, но она есть. Скажем, никто не знает причины заболевания раком, но они есть. Оттого, что мы не знаем причину рака, это не означает, что нет причины, по которой появляется эта болезнь. Нужно только выявить эту причину. А причинная связь есть. Поэтому от сознания человека причинная связь никак не происходит, а вина всецело зависит от сознания человека, от возможности предвидеть: предвидел или не предвидел, мог предвидеть или не мог. Если мог предвидеть, значит, есть вина. И возможность предвидения связана никак не с причинной связью, а с другим условием гражданско-правовой ответственности, таким, как вина правонарушения. Поэтому данная теория причинной связи была отвергнута.

А вот наибольшее распространение в цивилистической науке получила другая теория – теория необходимой и случайной причинной связи.Сторонников этой теории очень много: профессор Пианковский (?), профессор Шаргородский, профессор Сергеева, профессор Лунц, профессор Антимонов и т.д. Сущность этой теории сводится к следующему, что необходимо различать необходимую причинную связь и случайную причинную связь. Если имела место случайная причинная связь, то это не юридически значимая связь, нет юридически значимой причинной связи. И только тогда, когда имеет место необходимая причинная связь, только она достаточна для возложения юридической ответственности, имеет место юридически значимая причинная связь.

На первый взгляд, может показаться, что эта теория достаточно логична. Естественно, если связь носит случайный характер, то нет оснований для юридической ответственности, а если необходимый характер носит, значит, есть основания для юридической ответственности. Но у этой теории по крайней мере два недостатка и довольно существенных.

Первый недостаток сводится к следующему: а как отличить, какая связь имела место, случайная или необходимая? Ведь случайность и необходимость – это такие же абстрактные категории, абстрактные понятия, как причина и следствие. И как трудно узнать, что является причиной, а что следствием, так и трудно разграничить, что является необходимой связью, а что случайной связью. И поэтому тогда, когда авторы этой теории пытаются разграничить необходимости и случайности, они сами не могут понять, где случайные, а где необходимые условия.

Второй недостаток. Как видите, эта теория уже не страдает недостатками первой теории: она ограничивает цепочку причинно-следственных связей. Но где эта граница, где мы признаем юридически значимые следствия, и где мы не признаем. Если связь носила случайный характер, а случайное – это то, что заранее никто предвидеть не может, значит, случайные последствия предвидеть он не может, а значит, не может предвидеть вину, а необходимые последствия мы можем и должны предвидеть. И фактически цепочка причинно-следственных связей ограничилась с помощью субъективного определения – возможности предвидеть, а это не допускается, когда речь идет о таком объективном условии гражданско-правовой ответственности, как причинная связь.

Третья теория, автор ее профессор Иоффе Лев Соломонович. Ее условно можно назвать (он ее никак не называл) теория абстрактной и конкретной разумности.Содержание теории сводится к следующему, что наступивший результат связан со многими явлениями, со многими событиями. Но эти обстоятельства, с которыми связан противоправный результат, влияют на него по-разному. Одни обстоятельства лишь создают возможность наступления противоправного результата, а другие обстоятельства превращают эту возможность в действительность. И вот если в поведении человека возможность превращается в действительность, то налицо юридически значимая причинная связь. А если поведением человека только создается возможность наступления результата, то всё зависит от того, какая возможность создана поведением человека. Если поведением человека создана конкретная возможность наступления результата, то это поведение человека юридически причинной связью связано с наступлением результата, то есть между поведением человека и наступившим результатом существует юридически значимая причинная связь. А вот если поведение человека создает только абстрактную возможность наступления результата, то здесь нет юридически значимой причинной связи.

Естественно, возникает вопрос, как разграничить, какая создается возможность – конкретная или абстрактная возможность наступления результата. Если конкретная, то есть причинная связь, если абстрактная возможность, то нет юридически значимой причинной связи.

Конкретная возможность имеет место тогда, когда она превращается в действительность объективно повторяющимися при данных условиях событиями. Абстрактная возможность наступления результата имеет место тогда, когда эта возможность превращается в действительность объективно не повторяющимися при данных условиях обстоятельствами.

На первый взгляд всё вроде бы хорошо, всё объективно, не связано никак с виной. Но опять-таки подспудно перед автором этой теории довлеет ограничение причинно-следственного ряда возможностью вины. Сами посудите. Если возможность превращается в действительность объективно повторяющимися при данных условиях обстоятельствами, можно предвидеть? Конечно. А если они объективно не повторяются, можно предвидеть? Нельзя. Значит, опять ограничение причинно-следственного ряда идет с помощью такого критерия, который выражен словами объективного ряда, но по существу связан с возможностью применения. Опять-таки мы причинно-следственный ряд ограничиваем с помощью субъективного критерия – вины, а вина и причинная связь – это абсолютно разные в теории гражданско-правовой ответственности понятия и одно от другого не зависит. Поэтому данная теория также имеет недостатки.

Наконец, последняя теория, автором которой является ваш покорный слуга, теория прямой и косвенной причинной связи.В основе этой теории лежат два общефилософских положения.

Первое положение связано с тем, что причинность – это объективная связь явлений. На это общефилософское учение опираются все теории. Это объективная связь явлений и не зависит от возможностей предвидения наступления результата, не зависит от сознания человека и от его вины.

Второе общефилософское положение сводится к следующему. Его сформулировал еще Энгельс в своей диалектике природы, а в этом учении есть много истины. Оно сводится к следующему, что причина и следствие имеют место и значение только тогда, когда мы рассматриваем их применительно к отдельным конкретно взятым случаям. Выходя за рамки этого случая, мы связываем со всей цепью взаимодействия, в которой представление о причине и следствии переплетаются, сходятся, меняются местами.

Вот это общефилософское положение на первый взгляд довольно мудрёное, а на самом деле ничего мудрёного в нем нет. Я поясню это на примере с новорожденным ребенком. (Рисует на доске) Вот противоправный результат – ребенок ослеп. Вот действия медсестры, которая перепутала лекарство. Вот действия врача, который дал ей указание. Вот действие главного врача, который принял на работу этого врача. Возьмем какое-то одно явление – действия медсестры. Действия медсестры – это причина или следствие? А всё зависит от того, в каком конкретном случае мы ее возьмем. Если мы возьмем этот случай, то ее действия – это причина, а ослепший ребенок – результат, следствие этого результата. Если мы возьмем другой случай, что здесь является причиной и следствием? Врач, который дал указание, его действия – причина, поведение медсестры – следствие. То есть, как только мы выходим за рамки конкретного случая, нам трудно сказать, что причина и что следствие, потому что они постоянно сходятся, меняются местами, переплетаются. Поэтому нужно рассматривать причинную связь только в рамках конкретного отдельно взятого случая.

А из этого вытекает следующее положение теории. Первое. Противоправное поведение человека только тогда является причиной результата, когда оно прямо (непосредственно) связано с этим противоправным результатом, то есть имеет место прямая (непосредственная) причинная связь. В свою очередь, прямая (непосредственная) причинная связь имеет место тогда, когда в цепи последовательно развивающихся событий между поведением человека и наступившим результатом нет каких-либо обстоятельств, имеющих значение для юридической ответственности. В тех же случаях, когда между противоправным поведением человека и наступившим результатом существуют какие-либо обстоятельства, имеющие значение для юридической ответственности, как то противоправное поведение других людей, действия непреодолимой силы и т.п. обстоятельства, которые влияют на гражданско-правовую ответственность, то в этом случае имеет место только косвенная причинная связь, недостаточная для возложения юридической ответственности. Почему? А потому, что это означает, если существует косвенная причинная связь, что противоправное поведение лица лежит за пределами рассматриваемого конкретного случая, а, следовательно, за пределами юридически значимой причинной связи.

В приведенном примере между поведением врача и наступившим результатом существует причинная связь, но косвенная, опосредованная. Чем она опосредована? Противоправным поведением медсестры. Между поведением медсестры и наступившим результатом не существует каких-либо обстоятельств, влияющих на юридическую ответственность, а между поведением врача и наступившим результатом существует такое обстоятельство – противоправное поведение медсестры. А это означает, что мы вышли за рамки конкретного случая, а за это выходить не должны.

Вот такая теория причинной связи вам предлагается.

А теперь попробуем ответить на те примеры, которые я приводил вам на прошлой лекции. Поставщик вместо марок стали А и Прим поставил сталь марки А и Б, а покупатель не проверил, хотя был обязан это сделать, какая сталь поставлена, пустил в переплавку и сплав оказался испорченным. Здесь нет юридически значимой причинной связи, потому что между поведением поставщика и наступившим результатом существует противоправное поведение самого покупателя, который не проверил марку стали. Вот между его поведением и наступившим результатом есть прямая причинно-следственная связь, а между поведением поставщика и наступившим результатом – только косвенная.

Наоборот, другой пример, когда мачеха посылает пасынка в лес в надежде, что его убьет молния во время грозы, между поведением мачехи и наступившим результатом существует прямая причинная связь. Почему? Потому что поведение малолетнего ребенка не имеет юридического значения, он не дееспособный. Поэтому его поведение не влияет на юридическую ответственность. Поэтому между поведением мачехи и наступившим результатом существует прямая причинная связь.

И, наоборот, другой пример, когда жена покупает мужу путевку в горы в надежде, что он там разобьется. И, действительно, он, нарушив инструкцию, пошел не туда, куда надо, упал с горы и разбился. Между поведением жены, которая купила путевку, и наступившим противоправным результатом существует только косвенная причинная связь, опосредованная. Чем она опосредована? Неправомерным поведением самого мужа, нарушившего инструкцию.

Теперь что касается практики. На практике фактически не применяется ни одна теория. Иногда суды вспоминают о том, что нужно различать прямую и непосредственную причинную связь. Приведу один пример из судебной практики. Диспетчер дал указание дежурному по станции поставить поезд на четвертый подвижной путь. В нарушение инструкции диспетчер не потребовал доклада о закреплении поезда, то есть нарушил инструкцию, его поведение неправомерно. А поезд был закреплен неправильно, в результате чего самопроизвольно сдвинулся с места и столкнулся со встречным составом. Убытки были огромные. Дело рассматривалось в Верховном суде. Диспетчер был привлечен к уголовной ответственности, не говоря уже о гражданско-правовой ответственности. Дело дошло до Верховного суда СССР. Верховный суд, отменяя состоявшийся приговор в отношении осужденного, обратил внимание, что в данном случае непосредственной причиной самопроизвольного движения поезда являлась его неправильное закрепление, а не то, что диспетчер не потребовал отчета о том, как был закреплен поезд. Значит между поведением диспетчера и наступившим результатом существует только косвенная опосредованная связь, а непосредственная причинная связь существует между поведением дежурного по станции, который неправильно закрепил состав, и наступившим результатом. И он был абсолютно прав (суд).

Наконец, еще одно соображение. То, что я вам рассказал, это упрощенные ситуации, чтобы правильно можно было понять. Но дело осложняется тем, что один и тот же противоправный результат, как правило, на практике вызывается не одной, а несколькими причинами, которые переплетаются между собой, и происходит это следующим способом. Помните, я приводил пример, когда хулиган ударил ножом в брюшную полость прохожего. Сама по себе рана была не смертельная, но в больнице медсестра, в нарушение инструкции, не произвела очистку желудка перед операцией, и в результате гражданин погиб. Как тут с точки зрения причинной связи? А с точки зрения причинной связи здесь есть два ряда причинно-следственных связей.

Первый ряд состоит в следующем. Этот хулиган купил нож в магазине. Магазин продал ему этот нож – первое действие. Второе действие – он ударил этим ножом в брюшную полость прохожего. Тот оказался раненым. А теперь сюда вклинивается другая цепочка причинно-следственных связей. Медсестра не очистила желудок, в результате чего наступила смерть гражданина. Она выполняла указание врача, который дал указание очистить желудок, но не выполнила. В свою очередь, этому врачу заведующий отделением поручил провести операцию. Где здесь прямая причинная связь? Причиной смерти является как удар ножом, так и действия медсестры, всё остальное лежит за пределами необходимой причинной связи.

Что касается другого условия ответственности, вины. Итак, мы с вами говорили о противоправном поведении и причинной связи, как объективных условиях гражданско-правовой ответственности. Вина – это третье условие гражданско-правовой ответственности. В отличие от двух первых, это субъективное условие гражданско-правовой ответственности. Вина имеет достаточно большое значение с точки зрения юридической, а в частности, гражданско-правовой ответственности. Почему? Ведь возмещение убытков не только призвано удовлетворять имущественный интерес потерпевшего, возмещать убытки, но возмещение убытков, как и другие формы гражданско-правовой ответственности, прежде всего направлены на то, чтобы избежать гражданских правонарушений, потому что участник гражданского оборота знает, что если он своими неправомерными действиями причиняет убытки, то они будут взысканы, и это стимулирует к тому, чтобы не причинять убытки. Поэтому гражданско-правовая ответственность, с одной стороны, стимулирует размер причинения ущерба.

Но в условиях рыночной экономики чрезвычайно важно, чтобы участники гражданского оборота проявляли инициативу, предприимчивость и т.д., чтобы они не опасались чего-то такого. А вот эта предприимчивость и инициатива возможна только в том случае, если участники гражданского оборота будут знать, что они не будут отвечать тогда, когда невозможно предвидеть наступление какого-то результата. Вот то, что они могут предвидеть, за это они могут отвечать, а то, что не могут предвидеть, за это отвечать не должны. Если такое будет, тогда они будут активными участниками гражданского оборота. А если они будут отвечать за всё, что угодно, даже за непредвидимые обстоятельства, тогда он скажет: зачем мне это надо? я сейчас что-то сделаю в этом гражданском обороте, кто-то там понесет какие-то убытки, которые невозможно предусмотреть, а я потом всю жизнь должен буду возмещать. А вот уверенность, что он не будет отвечать за непредсказуемые результаты своей деятельности, создается тогда, когда ответственность строится на началах вины. Есть вина – есть ответственность, нет вины – нет ответственности.

И поэтому наше гражданское законодательство в качестве общего правила закрепляет, что ответственность в гражданском праве наступает только при наличии вины. Это общее правило.

Под виной понимается такое психическое отношение лица к своему неправомерному поведению и его последствиям, в котором проявляется пренебрежение к интересам отдельных участников гражданского оборота или всего общества в целом. Итак, вина – это психическое отношение к своему противоправному поведению. Обратите внимание, вина есть только тогда, когда есть противоправное поведение. И тогда, когда человек и его поведение абсолютно правомерны и он так к нему относится психически, к этому поведению, никакой вины в этом нет. А вот если есть противоправное поведение и есть такое психическое отношение к нему, когда оно проявляется в пренебрежении к интересам отдельных представителей общества, только тогда имеет место вина. Итак, это - субъективное внутреннее отношение человека к своему противоправному поведению.

Но на данном уровне развития науки мы не можем вскрыть черепную коробку человека и посмотреть, какие психические процессы происходили во время правонарушения. Поэтому судить о том, как он относится психически к своему противоправному поведению, мы можем только по этому поведению.

В гражданском праве различают три формы вины:

* умысел

* грубая неосторожность

* простая неосторожность

И поскольку о психических процессах в сознании человека можно судить по его поведению, эти различные формы вины также определяются и внешне проявляются через поведение лица.

Умысел имеет место тогда, когда противоправное поведение человека характеризуется элементами намеренности, когда поведение лица сознательно направлено на правонарушение. В отличие от уголовного права, которое имеет дело с аномальными преступлениями, в гражданском обороте умышленное причинение убытков имеет место крайне редко, но, тем не менее, бывает, когда сознательное поведение одного участника гражданского оборота направлено на то, чтобы вызвать убытки в хозяйственной сфере другого.

Гораздо чаще встречается вина в форме неосторожности – либо грубой неосторожности, либо простой. При этом действующее законодательство не дает понятие грубой и простой неосторожности, чем они отличаются друг от друга. Ни в законодательстве, ни в судебной практике вы не найдете такого ответа. На помощь приходят научные исследования и критерии, выработанные цивилистической наукой. Вам предлагается следующий критерий разграничения.

Грубая неосторожность характеризуется тем, что поведение человека нарушает любые, даже самые элементарные, требования , предъявляемые к внимательности и осмотрительности в поведении лица.

Простая неосторожность имеет место тогда, когда человек соблюдает какие-то элементарные требования, предъявляемые к внимательности и осмотрительности. Однако соблюдение этих некоторых требований оказалось недостаточным, не были соблюдены какие-то другие требования к внимательности и осмотрительности.

Приведем пример. Пешеход идет на красный свет – он не соблюдает никаких требований, предъявляемых к внимательности и осмотрительности. А если он подождал желтого света и, не дожидаясь зеленого, пошел, значит какие-то элементарные требования он соблюдает.

Или, например, гражданин в пьяном виде улегся спать на ж/д рельсы и на него наехал локомотив. У него умысла не было, но была грубая неосторожность, он не соблюдал даже элементарных требований.

Вот так разграничиваются формы вины в гражданском праве.

Наконец, вина юридического лица. Что касается вины отдельных граждан, то это понятно – это психическое отношение человека к своему неправомерному поведению. А что понимается под виной юридического лица? Здесь мнения ученых разделились. Наиболее распространена позиция тех ученых, которые считают, что вина юридического лица может проявляться только в виновных действиях работников юридического лица при исполнении своих трудовых или служебных обязанностей. Если имело место виновное действие хотя бы одного работника юридического лица при исполнении своих служебных обязанностей, значит имеет место вина всего юридического лица в целом.

Второй подход к этой проблеме состоит в следующем, что вина коллектива отличается от вины отдельных лиц, и как свойство в целом не сводится к совокупности свойств составляющих его элементов, так и вина юридического лица как коллективного образования не может сводиться к совокупности вины отдельных его работников. И с точки зрения логики и философии такие рассуждения абсолютно правильные. И что из себя представляет вина юридического лица как коллективного образования – да, это нечто отличное от вины отдельных работников. С точки зрения психологии это чрезвычайно интересный вопрос, а с точки зрения юридической он не имеет никакого значения. Почему? Потому что с юридической точки зрения, если хотя бы один работник действовал виновно при исполнении служебных обязанностей, этого достаточно для возложения гражданско-правовой ответственности, и вдаваться в вопрос, а что из себя представляет вина коллектива, для психологии, может быть, это имеет значение, а для юридической науки особого значения не имеет. Важно, что вина юридического лица проявляется в виновных действиях работника. Это нашло закрепление в ст.402 ГК, где говорится, что предприниматель отвечает за виновные действия своих работников, а предприниматель имеет свое юридическое лицо.

Вина и размер гражданско-правовой ответственности. Здесь необходимо запомнить, что вина – это только условие гражданско-правовой ответственности, но не мера гражданско-правовой ответственности. Сравните с уголовным правом. Там вина является не только условием, но и мерой ответственности, потому что наказание всецело зависит от вины правонарушения: чем больше вина правонарушения, тем больше срок. Поэтому здесь вина – это не только условие, но и критерий определения размера уголовной ответственности.

В гражданском праве вина – это только условие, но не мера гражданско-правовой ответственности. А это означает, что убытки подлежат возмещению в полном объеме независимо от того, какая форма вины имела место: умысел, грубая или простая неосторожность. Неважно, в какой форме имеет место вина, всё равно ответственность будет наступать в полном объеме, убытки будут возмещаться в полном размере.

Тогда, естественно, возникает вопрос: зачем же тогда различать грубую неосторожность, простую и умысел, если это никак не влияет на размер. А дело в том, что это по общему правилу не влияет на размер, но из этого общего правила есть два исключения, когда вина влияет на размер ответственности, и эти два исключения необходимо знать.

Первое исключение, когда вина влияет на размер ответственности, это при совместном причинении вреда. При совместном причинении вреда имеют место следующие обстоятельства:

1) Убытки наступают в имущественной сфере одного лица.

2) Убытки вызваны неправомерными действиями двух или более лиц.

3) Невозможно определить, в какой части эти убытки вызваны каждым из этих неправомерных действий.

И вот в том случае, если убытки причинены действиями нескольких лиц, они несут солидарную ответственность перед потерпевшим, то есть убытки должны возмещаться любым сопричинителем как в полном объеме, так и в любой его части по желанию потерпевшего. А вот тогда, когда кто-то из них возместит эти убытки, то между собой они будут распределять их в зависимости от формы и вины каждого из них. Если кто-то с умыслом действовал, на него ляжет большая часть убытков. Кто-то допустил грубую неосторожность – меньшая, кто-то простую – совсем маленький размер. В этом случае размер каждого из сопричинителей всецело зависит от формы вины каждого.

Второй случай получил название смешанной вины. Даже тогда, когда вы забыли, что такое смешанная вина, можно легко догадаться. Речь идет о возмещении убытков в сфере обязательств. А кто является участниками обязательств? Кредитор и должник. По общему правилу кто не исполняет обязательство и нарушает? Должник. И для того, чтобы он возмещал убытки кредитору, необходимо его противоправное поведение, причинная связь между противоправным поведением и наступившим результатом и вина должника. Но бывает такая ситуация, что убытки возникают у кредитора, но вызваны они виновными действиями не только должника, но и виновными действиями самого кредитора. Смешанная вина: есть вина и должника, и кредитора.

Для смешанной вины характерны следующие обстоятельства:

1) Убытки возникают у кредитора.

2) Эти убытки вызваны как поведением должника, так и поведением самого кредитора.

3) Невозможно определить, в какой части эти убытки вызваны поведением должника и в какой части они вызваны поведением кредитора.

4) Размер подлежащих к взысканию убытков должником в этом случае уменьшается в зависимости от формы вины каждого из них.

Предположим такую ситуацию. Железная дорога доставляла скоропортящийся груз и допустила просрочку в доставке груза. Получатель груза, в свою очередь, допустил просрочку в разгрузке груза, который прибыл в его адрес. В результате товар испортился и кредитор понес убытки в размере 3 тысячи у.е. Вот здесь не известно, в какой части груз испортился из-за просрочки, допущенной железной дорогой, а в какой части по вине самого кредитора, который также допустил просрочку в разгрузке. И вот тогда размер подлежащих к взысканию убытков подлежит уменьшению в зависимости от степени вины каждого из них. Предположим, тот и другой допустили грубую неосторожность, значит можно уменьшить до полутора тысяч. Когда кредитор допустил простую неосторожность, а должник – грубую неосторожность, в этом случае с одного будет взыскана 1 тысяча у.е., с другого – 2. Вот в этих случаях форма вины влияет на размер гражданско-правовой ответственности.

В гражданском праве, в отличие от уголовного права, действует презумпция вины, то есть отсутствие вины должно доказать лицо, нарушившее обязательство. И это вполне понятно. В уголовном праве наоборот существует презумпция невиновности, но уголовное право имеет дело с аномальными явлениями, там есть аппарат предварительного следствия, который обязан доказать вину. А гражданское право, которое имеет дело с нормальными явлениями, с нормальным развитием гражданского оборота, основывается на том, что если ты ничего не нарушаешь, то гражданский оборот нормально развивается, а если ты нарушил, то, скорее всего, есть вина, потому что ты мог предвидеть последствия. Это обычное явление. Поэтому предполагается, что ты виновен, а если невиновен, то докажи свою невиновность. И потом, обратите внимание, что такое вина. Это психическое отношение лица к своему противоправному поведению. А кто лучше знает, как он относится к своему поведению? Правонарушитель. Вот и докажи свою невиновность, если хочешь снять с себя гражданско-правовую ответственность.

  • Карта сайта